четверг, 27 января 2011 г.

12. ПВС. Джеки Чан.


На фото Каскадёры В. Шлыков, С. Декамбаев, Джеки чан, Папа чан, Коста

Пассажирские поезда живут долго, но всё же не вечно. Все они неизбежно стареют под тяжестью перевозимых ими людей. Тонкие металлопластовые перегородки, дерматиновые лежаки, сдвижные двери с зеркалами, – всё это за годы службы так изнашивается,  что вагоны всё чаще становятся на ремонт, пока наконец не получают вердикт – «списано». Тогда каждый из них снимают с шасси, распиливают на три части, грузят на платформы и отвозят к старой котельной, где, расчленённые, они остаются ждать дальнейшей своей участи. Кто-то сделает из такого куска гараж для «Москвича», кто-то соорудит дачный домик, а кто-то – баню. Но кто-нибудь решит, что летняя кухня, выполненная в виде куска старого вагона – это не его стиль. Тогда  этот железный кит ещё долго будет лежать там, куда его выбросило очередной волной прогресса.

В общем, помимо Большой Охоты в нашей компании существовала, как минимум, ещё одна захватывающая игра. Называлась она «Поезд». Игроки делились на две команды, одна из которых должна была охранять некий ценный груз, перевозимый в поезде, в то время как вторая команда должна была попытаться этот груз захватить. Но не это было основной целью. А чтобы рассказать о сути этой игры, мне придётся немного отвлечься и вспомнить про того человека, чьим именем названа эта глава.

Думаю, Чэнь Ганшэн не нуждается в представлении. Все прекрасно знают его в лицо, и это не только благодаря тому, что он красив как китайский бог! Считаю, что причина такой грандиозной популярности кроется не только в его обаянии и пристрастии к национальным театральным фокусам. Дело же в том, что, помимо прочего под псевдонимом Джеки Чан этот человек снялся в ста пяти фильмах и не собирается на этом останавливаться. А к тому времени, когда мне посчастливилось познакомиться с его творчеством, Джеки уже успел сыграть пятьдесят четыре роли. И я до сих пор считаюсь его фанатом.

Чтобы научиться его трюкам, нужно было много тренироваться. А как известно, различные увечья и травмы, неизбежно сопровождающие подобные тренировки, сильно замедляют сам процесс обучения и не позволяют хорошо проводить время. В этой ситуации мой друг Тёма В. придумал вот что.

– Друзья, – сказал он. – Тренируясь, нам придётся много падать, при том что кости наши хрупки, а мышцы слабы. Джеки Чан не слабак, однако же и он нашпигован металлическими деталями как Терминатор и не умеет вставать с кровати без посторонней помощи. Давайте не повторять его ошибок. Давайте для начала научимся падать!

И мы сделали, как он сказал, – стали учиться. Но обучение мастерству падения – это не так просто, как посещение кулинарных курсов. Мало того, постигать секреты этого ремесла нам, опять же, предстояло по фильмам Джеки Чана, ибо другого тренера у нас не было. Радовало одно – в нашем городе имелся, и имеется до сих пор, широкий простор для падения любого рода! Некоторые люди знали это лучше других и умело использовали столь замечательное свойство города в своих интересах. Таких людей ежедневно можно было увидеть упавшими в те или иные кусты; катящими детские коляски с каким-то барахлом в неизвестном им самим направлении; а так же стоящими посреди проезжей части и глядящими сквозь дома, деревья, прохожих и автомобили куда-то в бесконечную пустоту трансцендентного, иррационального и, следовательно, реально несуществующего космоса.

Чем-то мы напоминали таких людей. Нас, как водится, было трое (конечно за исключением тех редких случаев, когда к нам приходил Д’Артаньян), и мы таки проводили достаточно много времени в кустах, на стройках, опустевших складах, котельных, а также в брошенных тюремных мастерских. И конечно, мы тоже иногда замирали в странных позах и смотрели сквозь Мир в Пустоту, которая обещала нам всё, о чём бы мы ни вздумали мечтать –  начиная от джинсов, кроссовок и жвачки – заканчивая работой каскадёра в Голливуде и рукопожатием Джеки Чана! Конечно, тогда мы ещё не знали, что пустота называется пустотой неспроста. Словом, мы начали падать, и, забегая вперёд, скажу, что не все из нас в итоге смогли остановиться.

Наши падения иногда пугали, но иногда и смешили публику, ибо мы решили падать не переставая. Идёшь за хлебом – поскользнись на ровном месте так, чтобы это выглядело натурально! Влез на мопед – упади с него по возможности эффектно на полном газу! Забрался на крышу гаража – сделай сальто в сугроб, но приземлись на спину, чтобы все думали, будто ты облажался! За два года таких тренировок мы стали настоящими мастерами падения! Мы выпадали из окон, врезались на велосипедах в деревья, катились под откосы и ныряли с теплоходов. Наши тела стали крепкими как бамбук, а ловкость достигла невероятных высот. Одним из наших развлечений было следующее. Мы выходили на пустырь за городом, поливали курган строительного песка бензином, поджигали его и, объятые яркими языками пламени, скатывались вниз по огненной дорожке, с блеском копируя все сальто и перевороты нашего кумира.

Похожим развлечением была и игра «Поезд». Смысл этой игры заключался не столько в победе над противником, сколько в придумывании и реализации трюков разнообразной степени сложности. Нам очень нравилось быть похожими на Джеки Чана, немного расстраивало лишь отсутствие видеокамеры. Впрочем, особенно сильно мы не переживали, так как нас ждал мир киноиндустрии, а там проблем с камерами не должно было существовать! Нужно отметить, что в этом отношении с тех пор ничего не изменилось – кинематограф продолжает терпеливо ждать нас и по сей день.

Самым интересным местом в поезде был тамбур. Не знаю почему, но все основные стычки происходили именно там. Оружием нам служили всё те же деревянные мечи и духовые ружья, стреляющие пулями из картофеля. Все трюки выполняли мы трое, остальные же человек десять участвовали в этом «фильме» в качестве массовки. Игровой сценарий никого особенно не интересовал, и не думаю, что Американская Гильдия Сценаристов вообще обратила бы на него внимание. Хотя драматической напряжённости и конфликтных ситуаций в нём было хоть отбавляй.

Дима Б. со своей шайкой ограбил банк и решил скрыться с чемоданом, полным драгоценностей. Он сел в поезд и куда-то поехал. Но один из его дружков сдал своего босса и навёл на его след трёх секретных агентовниндзя. Эти агенты догнали идущий полным ходом состав и приготовились к захвату преступников. Дима Б. расположился в тамбуре одного из вагонов – и ведёт стрельбу из двух ружей попеременно. Агентам – ниндзя приходится совершать акробатические чудеса для того, чтобы обезвредить Диму Б. и вернуть похищенное законным владельцам. В процессе захвата двое агентов погибают, а последний оставшийся в живых ниндзя забирает у Димы Б. заветный чемодан и выпрыгивает в окно на полоном ходу, за мгновение до того, как коварный преступник взорвёт поезд.

Чтобы проникнуть в поезд, нужно сначала запрыгнуть на крышу вагона. Это знает всякий. Для этого мы использовали трактор «Белорус», который частенько оказывался припаркованным рядом с нашим «поездом». Расстояние между маленькой кабинкой трактора и крышей вагона было около трёх метров, и места для хорошего разбега катастрофически не хватало. Так что по плану только один самый лёгкий из нас должен был суметь перепрыгнуть через трёхметровую пропасть и, зацепившись кончиками пальцев за небольшие выступы на крыше, удержаться! Остальные погибали, падая в бездну, после того как ударялись о стену вагона. Когда же всем троим удавалось перескочить на крышу – а это случалось, когда трактор стоял ближе – приходилось придумывать иные варианты нелепых смертей для двух из трёх храбрых ниндзя, ведь мы знали, что настоящий герой – он всегда один!

Обычно этим героем оказывался Саша. Росту в нём было чуть больше полутора метров, весу килограммов сорок, а прыгучестью он мог бы поделиться с кенгуру, поэтому все трюки, связанные с длинными прыжками или долгими падениями, – доставались ему. Правда, красиво упасть с высоты двух метров, распластавшись на жёстком гравии в позе, какие обычно принимают мертвецы, – тоже дело нешуточное! А мы и не шутили. Признаком особого мастерства считалось падение, при котором человек группируется так, что сторонний наблюдатель этого не видит. То есть всем должно казаться, будто вы действительно упали с кабины трактора при попытке перепрыгнуть на крышу вагона, а вовсе не инсценировали своё падение. Словом, уверен, что Джеки Чану всё это пришлось бы по душе.

Ещё одним трюком, помогавшим нам захватить Диму Б. было тройное синхронное запрыгивание в окна. Чтобы понять, как это выглядит, посмотрите «Доспехи Бога» или «Полицейскую Историю», а потом представьте, что всё это делает не один человек, а сразу трое!

Впрочем, суть игры заключалась не только в трюках. Поединки на мечах никто отменять не собирался; правда, здесь нами были внесены некоторые изменения в привычную структуру боя. Так, например, красота сражения стала важнее победы в нём. Нас перестало интересовать, кто же фехтует лучше. Значение имела лишь скорость движений, сложность выпадов и внешняя достоверность поединка. Словом, всё как в кино, только –  как говорят в Одессе –  на одну-две вещи лучше.

Прежде чем начать бой, мы раз за разом репетировали одну и ту же сцену, долго договариваясь о деталях и выводя из душевного равновесия всех наших друзей-статистов. В результате, по прошествии времени, наши товарищи, не обладавшие гимнастическими навыками и не видевшие в Джекки кумира, оставили нас, предпочтя другие игры. Какие? Точно не знаю, но подозреваю, что компьютерные. Ежевечерний призыв – «Finish Him!» –  доносившийся из приоткрытых форточек, недвусмысленно намекал посвящённым, что кто-то воткнул в приставку картридж с игрой «Mortal Kombat». Представляю, как в это же самое время сторож какого-нибудь из предприятий, столь расчётливо прижавшихся к железной дороге, наблюдал, как на фоне закатного неба три чёрных силуэта прыгали по крышам старых вагонов, совершая странные движения, оскальзываясь, неизбежно падая вниз и упрямо поднимаясь наверх. И всё это лишь для того, чтобы снова упасть лицом вниз на пыльный гравий, добавляя происходящему так недостающей достоверности.

За два года подобных тренировок никто из нас не пострадал, если не считать незначительных ушибов, растяжений и вывихов. Игра «Поезд» исчерпала себя к тому моменту, когда последний вагон был куплен каким-то жителем нашего города и увезён в безвестный дачный посёлок. Мой деревянный меч ещё долго висел на стене рядом с кроватью, но уже не в виде боевого оружия, а как музейный экспонат – весь в трещинах и сколах. Когда и куда он в итоге исчез – я не знаю. Знаю лишь, что сам я не смог бы его утилизовать.

Стоит ли говорить, что каскадёром из нас троих не стал никто. Хотя приобретённые навыки безопасного падения неоднократно если и не спасали мне жизнь, то позволяли сохранить целостность организма. Сам Джеки Чан с тех пор сильно повзрослел и перестал подвергать себя риску на съёмках, благодаря чему в его фильмах не осталось ничего, кроме наивных сюжетов и трогательных гримас.

Мне ни в коем случае не хочется вернуть то время. Я не тоскую по старым вагонам, горящим курганам и деревянным мечам. И вообще, всё хорошее, что наполняло моё детство, пока что без труда помещается в этом блоге на нескольких страницах, промаркированных аббревиатурой ПВС. Обо всём остальном я предпочёл забыть, так что прошлое – это плотный серый туман, из которого время от времени проступают очертания хороших людей и интересных событий. И должен признаться, что весёлое лицо молодого Ченя Ганьшена появляется в этом тумане чаще остальных.


1 комментарий:

  1. Как различны воспоминания о детстве у мужчин и у женщин. У Вас движение и игры, основанные на движении,У меня чувства, ощущения,красота природы и главное, общение с дедушкой, его любовь ко мне,и ВОЛЯ,полная свобода.

    ОтветитьУдалить