понедельник, 26 июля 2010 г.

Тудой


Перетер с беломорскими парнями. Судя по их словам, Беломорску пи… (тут нарочно пропускаю). Мой поезд опаздывает почти на час, и у меня находится время выслушать развернутый рассказ о беломорской жизни. Город загибается. Это видно невооруженным глазом, это слышно обоими ушами. Власти взяли пример с богов, и забыли про всех жителей этого населенного пункта, кроме сотрудников железной дороги, по которой (уже дважды за полчаса) прошли вагоны с уральской нефтью. В Беломорске же заводы закрыты, а порт сгнил.

Парни прощаются, а я достаю блокнот. Вдруг, с противоположной стороны путей слышу: «Братуха, ты лучший! Приезжай почаще!» Вот, думаю, как оно бывает — порт сгнил, а юмор остался.

Ночью, лежа на верхней полке, развлекаю себя прослушиванием объявлений о прибывающих и отходящих поездах. Грамотность феноменальная! Например, в Бологое слышу: «Внимание! На Петербург проследует скоростной поезд! Отойдите от края платформы!». Лежу и пытаюсь вспомнить, на карте какой из известных мне стран, есть город Петербург. Называли бы его уж сразу питер. Чего уж там. Еще одно объявление: «Скорый поезд шестьсот шестьдесят два Москва — Санкт Петербург пребывает на четвертый путь. Стоянка поезда одну минуту». Сначала мне даже показалось, что она хотела сказать, мол, одну минуту, сейчас я уточню. Но нет. Повторила это объявление пять раз. Без изменений.

Еще один феномен. Стоянка моего поезда в Бологое пятнадцать минут. На протяжении всего этого времени, с интервалом в десять секунд, звучит объявление о прибывающем Сапсане. Такое ощущение, что никто не знает точное время прибытия этого скоростного монстра! А ведь еще только вчера казалось бы! С другой стороны, можно предположить, что это свидетельство повышенных мер безопасности. Мол, самому тормозному гражданину требуется не менее пятнадцати минут, чтобы отойти от края платформы.

Со мной в купе кроме меня, едет еще полтора человека. Маленький Ярик везет на юг свою маму. Ярику что-то около четырех месяцев, и он постоянно орет, не испытывая при этом никаких заметных глазу неудобств. Делает он это из самого настоящего научного любопытства, пытаясь эмпирически определить время, необходимое для обучения своей мамаши навыкам смены подгузника, своевременного кормления и переворачивания младенцев со спины (на которой Ярик, как мне стало ясно сразу же, лежать не любит) на живот. Мамаша же, что называется, тугая. Единственное, что она научилась делать, так это шипеть на сына, который, впрочем, при этом действительно затихает. Ненадолго.

Познакомившись с голосовым диапазоном этого существа, Хосе Карерас засыпал бы восторженными СМС-ками Пласидо Доминго заодно с Лучано Паваротти. Ученые утверждают, что человеческий инстинкт подражания в разы превосходит даже инстинкт попугая. Новорожденный Ярик имитирует рык самца гориллы, которому отказали в женской ласке, стрекот сверчка, крик петуха и писк мыши-полевки, придавленной тракторным колесом. Причем, все это одновременно. Говорят, что у него режутся зубки. Ну, не знаю. Зубки в том или ином смысле режутся у многих, а талантливых людей еще поискать! Но вот душераздирающий крик Ярика переходит в ультразвуковую зону, и я могу еще немного поспать. Скоро Москва, а я, между тем, все. 

Комментариев нет:

Отправить комментарий